Еграки

Все началось с того, что я уволился. Сначала мысленно, а затем и по-настоящему. Решиться на это было и сложно и легко: с одной стороны – ответственность перед близкими (ведь в лотерею я не выигрывал), с другой – очевидный вред своей и не только жизни от того “труда”, за который мне платили. И когда вдруг четко осознал, что мои давние мечты снова отодвигаются в неопределенное будущее по ряду надоевших своей неизменностью причин, я взялся оные срочно устранять. Не дают отпуск – уволиться, отвалились попутчики – отыскать, срочно вылететь – конечно! И… вот уже забрезжили перед глазами те самые, столь долгожданные и когда-то невыносимо далекие… Еграки!

Все верно, это не опечатка. Мы давно уже между собой называем Ергаки на свой лад. И так давно это повелось, что “наше название” теперь кажется даже более естественным и благозвучным. Ну да не в этом суть, хоть Африкой назови. Это сказочное место, заповедная глубинка Сибири давным-давно стала для меня заветной мечтой, наваждением. Я уж не помню сколько лет кряду хотел туда попасть, но как это обычно бывает: то одно, то другое… Когда меня наконец-то пригвоздило конкретное понимание, что я живу под одним и тем же небом с путешественниками, которым я завидую, сидя в офисе и с болью в сердце смотрю в монитор на то, как они всё видят вживую, могут потрогать и прочувствовать... тогда-то и проросло зерно иной жизни. Но, общеизвестно: одно дело – понять, и совсем другое – сделать. Конечно, когда вокруг куча примеров, как кто-то там завязал со своим прежним бытом и стал путешествовать - это воодушевляет, и кажется, что оно не сложно-то… Оказывается – так и есть. Секрет, как всегда, отсутствует – просто берешь и делаешь.

Итак, работе, которой отдал 10 лет только в Петербурге (а в целом – страшно вспоминать), я с большим восторгом помахал рукой. Была грандиозная отвальная, на следующий день после которой, естественно, болела голова и опустела душа. Потерянность, смятение, тоска. “Мосты сжег”, а других под ногами нет – я пребывал в отчаянии. И, видимо, оттого лишь совершил исключительный для себя поступок, благодаря которому уже вечером знал, что я иду в фото-поход по Ергакам в составе группы, организованной Даниилом Коржоновым. Тут же беру билеты, на следующий день докупаю снарягу и не верю своему счастью, на следующий - пакую рюкзак и лечу в Абакан. Запомнилось тогда объявление в самолете: “мы всегда заботимся о том, чтобы ваши комфорт и безопасность были на первом месте”. И тут я четко понял, что как раз с этим и хочу завязать в своей “новой” жизни. И полетел…

Прилетел на день раньше остальной группы. С ночлегом очень помог местный парень, из каучсерферов. Сам он почти не путешествует, но глаза горят, поэтому пока он просто помогает нуждающимся крышей над головой. Приятно пообщались, мало поспали, к 6 утра отвез в аэропорт! С него-то и началась череда встреч с добрыми и отзывчивыми людьми, которых в своих предстоящих путешествиях я еще немало повстречаю. Следующий уже тут как тут – Даниил Коржонов. Про него одного можно много хорошего рассказать, но пока я об этом лишь догадываюсь и встречаю с московского рейса. Есть время на знакомство и разговоры – через пару часов прилетят остальные участники похода.
День на сборы, приготовления, покупки, весь зал и кухня нашего временного пристанища забиты пакетами, снаряжением, посудой, горой всевозможных продуктов. Лишь к ночи все это распихано по рюкзакам. Мой оказался самым тяжелым – цифры весов скакали между 34 и 35 кг. Шутили, что раз я завхоз (эту возможность подарил меня Даня), то вот так оно и вышло. На самом деле все было распределено примерно поровну, просто у меня набор фототехники массивнее.

Короткий сон, бодрый подъем, завтрак, несколько часов в усыпляющей “газельке”. И вот оно, началось. В запотевшем от пристального внимания окне уже видны сказочные пейзажи, окутанные моим любимым туманом.

Чуть не доезжая официального входа в парк, мы заглянули отметиться у спасателей, которые первым делом напомнили, что у них тут небезопасно, и что буквально накануне случилось ЧП с медведем: вертолет эвакуировал покалеченную семью. Ну что ж, все верно, это они, Еграки, как я и читал. И мы вошли в эту дремучую и затаенную ауру хмурого леса под накрапывающий дождь… А там…

А там почти две недели изнуряющих подъемов и спусков, ноющих коленей и усталых плеч, перепадов температур от града до испепеляющей жары, стоянок, дневок, ночевок, завтраков, перекусов, ужинов, интересного общения, а также куча всяких разных мелочей, коими полнится походная жизнь и быт. И, конечно же, великое множество характерных, сопровождающих нас весь путь, фотографических звуков: от восторженно щелкающих затворов до обсуждений и обмена опытом. И все это в пробуждающейся красоте природы, которая в этих местах еще только очнулась после долгой зимы и спешила показать свою всеобъемлющую прелесть.

Но не все сразу. Сначала пелена низкой облачности с дождем, мокрые, грязные и липкие условия. Мои экспромты в качестве завхоза и повара (на вторую “должность” я вызвался уже сам). Новую “кухню” изучал на ходу, постепенно все больше понимая, как управляться со всем и быть грамотным заведующим, экспериментировать. С участниками очень повезло – народ всецело дружелюбный и понимающий, сразу оценили мои старания. Особенно в области экономии :) В середине путешествия надо мной уже подтрунивали, периодически говоря: “открывай ресторан!”. Благодаря щедрой раскладке у нас всегда была добавка, много сладостей, всякие “ништяки” и бонусы, как то неожиданно появившиеся мед, помидоры, лимон, черемша, папоротник, саган-дайля. К слову, один из нас мне уже потом, по приезду домой, скажет, что с ним в этом путешествии произошло чудо – он поправился.

На кухне и не только все помогали кто чем: кострить, подносить, помешивать, нарезать, распределять, мыть и так далее – наша компания быстро и заметно сплачивалась. По большому счету, это общая заслуга и результат удивительной слаженности команды, каждому её представителю с чуткими, внимательными, отзывчивыми характерами. Про этих ребят я могу говорить долго и с упоением, ибо никогда мне не доводилось бывать в таких ситуациях, где путешествие в достаточно узком кругу, при тесном общении и полевых автономных рамках, с изначально незнакомыми людьми открывало бы их и тебя самого в общей картине гармонии и унисона. В целом, по моим наблюдениям, в походе, как нигде больше, люди “открываются” в сути своей, ясно видны характер, темперамент. В нашем составе, могу сказать смело, все оказались как на подбор. ДаниилРафаэльВадим, Михаил, Анатолий. И Марина - единственная среди нас женщина, которая не переставала удивлять своими (не только, кстати, физическими) способностями и шла со всеми наравне, уступая лишь в скорости. А переходы, как оказалось, у нас были не то чтобы лёгкими, порой даже сложными. По крайней мере, для неискушенного в этом испытателя, например меня, еще в совсем недавнем прошлом – офисного планктона.

Как-то я поинтересовался у Дани насчет того, можно ли присвоить нашему походу какую-либо категорию сложности, на что он ответил, что это больше похоже на маршрут выходного дня, чему, естественно, я шибко удивился. А он добавил, что хотя бы для “единички” нам тут понадобилось бы еще раза в два больше “намотать” - как в длину, так и в высоту.

Ох уж эти расстояния и обманчивые масштабы. Казалось бы, 5-6 километров по прямой, а идешь их часа 4 кряду. И, само собой, не по равнине с дорожкой. А чаще ползешь, перелезаешь, прыгаешь с камня на камень, и некогда задуматься об абстрактном, о смысле там всяком. Зато тотально поглощен простым и необходимым процессом передвижения по пересеченной местности: внимание и сосредоточенность, не о чем и незачем больше думать – чистая собранность, незатейливый алгоритм жизнеспособности. Добавить к этому еще совсем иной стиль и возможности ходьбы с 30 килограммами за спиной – вообще другая история оказывается.

А колени! О, в реальном походе быстро прояснилось, что это чуть ли не наиважнейшая часть тела. Благо еще мне подфартило, и трекинговые палки подарила одна добрая душа, а так я бы там долго, видимо, искал подходящие деревяшки, ибо растительность здесь преимущественно хвойно-кустарниковая.

Мы часто отходили от плана похода при обоюдном согласии, в основном из-за живописных видов с перевалов – почти на каждом нас охватывало общее желание задерживаться и оставаться. С точки зрения быта, вообще очень удобно, когда все участники похода - фотографы: все живут в одном ритме и времени. Никто не интересуется ужином, когда близится закат; или не переживают о завтраке, пока все не отстрелялись на рассвете.

С точки зрения фотографии, с погодой и светом нам не особо фартило, но почему-то это нисколько не расстраивало. Наверное, потому что мечта уже сбылась, когда я оказался здесь, все остальное – бонус. Погода менялась часто. То дождь, то солнце, в целом вышло примерно 50/50. Бывает совсем иначе – например, ранее в этих же местах Александру Ермолицкому в его походе везло куда меньше нашего, и прозвали они Ергаки “дождяками”.

И, кстати, когда вспоминали про “дождяки”, то сразу ясно становилось, что нам все же везет, ибо чаще тут бывает куда хуже. Поймать в Ергаках фееричный закат или рассвет, по всей видимости, большая удача. Забавно, но единственный по-настоящему эпичный закат я увидел уже в рамке стекла автомобиля, на котором возвращался обратно в Абакан.

Предпоследний переход выдался довольно изнурительным, в основном, конечно же, из-за непрекращающегося дождя. Но и он запомнился мне не только этим. На перевале “Птица” произошел случай - я как раз отстал от группы, доставая фотоаппарат из закромов, ибо мне приглянулась надвигающаяся драма. Я сделал снимок, и тут – бац! Молния ударила в этот самый хребет спустя буквально пару секунд после моего щелчка затвора. К слову о том, что любая, даже особо ничем не примечательная фотография, может иметь свою интересную историю за кадром, которая будет близка и понятна лишь запечатлевшему её.

Есть еще один на эту тему случай. На перевале Тайгиш…

Снимая эту сцену, ясно помню, как вжался под валун, прикрывая объектив от ливня. А после мчался на другую точку с воодушевлением, что, может быть, в этот раз я увижу-таки гигантскую каменную рептилию во всей красе и великолепии, ведь состояние как раз под стать. Тут же бах! Молния ударяет с резким грохотом в долину, близко так, аж будто электричество вокруг летает. И снова крупные капли, град, ветер. Ух! Добежал до условного укрытия и стал наблюдать за происходящим. Когда находишься в таком состоянии экстаза, все бесспорно преображается. А уж если случился Момент… Пару кадров я сделать успел. Вот он, красавец Тайгиш-ш-ш-ш…

Он мне полюбился особенно. Тяга у меня к драконам.

После этого сцена снова вернулась, плотный облачный занавес опрокинулся – спектакль окончен, на бис не будет. А я, убедившись, что теперь точно все, остался без ума от шоу, и в беспредельном восторге летел со склона к палаткам. Ох уж эта неподражаемая мощь Природы! Я от неё просто тащусь!

Так, я в который раз отметил для себя, что буйство стихии меня вовсе не пугает, и вызывает радость и энтузиазм при любом её настоящем капризе. А вот с фауной пока контакт не настолько налажен, видимо, из-за отсутствующего опыта, и внутренний треморок бегает под кожей, предвкушая выскакивающего из кустов хищника. Идешь по тропе, а по обеим сторонам её царит дремучесть, которая ощущается прям кожей. Эдакая аура таинственной сказки. Волнует, одним словом. Ночью более всего чувствуешь дикость окружающего леса, будто сгущается вокруг тебя обруч смятенья и становится очень близко, на ощупь колкость ночи, своя ничтожность и хрупкость в этой тё-ё-ёмной среде.

А ведь она когда-то для наших далеких потомков была таким же домом, коим является до сих пор животному миру. Но за все время вот кто действительно охотился здесь на нас, так это комары. Вездесущие сосущие заедали нас регулярно и капитально, и, как правило, в самые интересные моменты – во время съемки.

Еще в первый день к нам на стоянку пришла инспектор, бойкая доброжелательная женщина, которая спросила, знаем ли мы о том, что это край, где хозяйничают медведи, и что здесь всюду необходимо соблюдать осторожность и внимательность в отношении них. Проверила наши знания на сей счет, провела на всякий случай краткий инструктаж. На тот момент мы уже убрали всю еду из палаток и рюкзаков, что делали на протяжении всего маршрута, даже днем. Она также рассказала подробности о том ЧП с косолапым, про который мы услышали на базе МЧС. На самом деле в той стычке с медведем неверно повела себя женщина, которая по причине материнского инстинкта и очевидного страха грубо отреагировала на неожиданный визит представителя дикой природы в тамбур палатки с его также объяснимым желанием отведать неспрятанной колбасы.
От разных людей я слышал в итоге, что ситуация с медведями обострилась в этом регионе из-за человеческого фактора. Если говорить лаконично и вежливо, то многие гуманоиды неуважительны и невнимательны по отношению к природе, которая отвечает взаимностью. А если кратко, и опустить рамки приличий, кои уже бессмысленны, то какого хрена мы ждем от того, что гадим в душу своей Матери?! Понятно, что далеко не каждый человек сможет принять такое на свой счет и, тем более, признаться в собственном свинском поведении, что есть много лучших представителей нашей расы, но почему-то общая тенденция бытия человечества очевидна на этой, возможно даже единственной и неповторимой, песчинке в Космосе.

В этих уголках суровой сибирской глубинки явно короткое лето, и все здесь будто спешит поймать те драгоценные мгновения тепла, что выпали на счастье флоры и фауны. Весна витает в воздухе,  растительность колосится, краски льются. И птицы! На всевозможные лады. Они поют тут в это время почти всегда, даже ночью. А вокруг крутые, живописные, уникальные лики гор, хребты, хвосты и гривы. И мы увидели их именно в то время, когда снежные островки на их очертаниях отрисовывают силуэты и неповторимость каждой исполинской индивидуальности.

С моими впечатлениями от увиденного очень созвучны слова одного из здешних первооткрывателей-художников. В своей книге “Незваный гость” Тойво Ряннель пишет: “Неправдоподобные скалистые пики Ергака зовут меня всегда… Здесь в подавляющем избытке найдешь все то, что называют экзотикой. Здесь летят к черту все принятые каноны построения “классического” пейзажа. Сидишь на краю километрового обрыва, а перед тобой из бездны лезут в синеву и в облака каменные лезвия - и нет переднего плана, есть призрачная пустота пространства и совершенно отсутствует масштабность. И выглядят наши пейзажи какими-то случайными фрагментами романтических декораций”.

Здесь воистину царит та самая Дикая Красота, поэзия, которой мы дышали все это удивительное время. А какие названия здесь у тех же озер – например: Радужное, Лазурное, Светлое, Мечта, Таёжный Глаз, озеро Художников или озеро Горных Духов. Здесь точно не обошлось без романтиков. Названия ласковые, а вода ледяная.

Помнится, даже после изнуряющего перехода и разыгравшейся полуденной духоты я так и не смог заставить себя окунуться в зеркало Лазурного, хотя поначалу казалось, что я готов упасть во льды Ледовитого, лишь бы охладиться наконец. И бывало, жарило порой как под лупой – загораешь в момент, а при непогоде – холод собачий, вплоть до града.

К концу похода становится заметно легче идти, так как запасы еды исчезают, сам “прокачиваешься”, становишься выносливее, а поначалу постоянно казалось, что я умею летать, когда на привале рюкзак падал с плеч. Ближе к завершению явно почувствовал, как размялся мой организм и аппетит. Как я четко чувствую в себе прилив и отлив энергии, её расход в зависимости от нагрузки. Интересно и то, что во мне открылись настойчивые потребности в употреблении сладостей, хотя дома у меня редко возникают такие желания. Будто в походе срабатывает некий защитный рефлекс и организм способен потреблять все. Также довольно скоро замечаешь, как походный уклад вносит коррективы и в твой внешний вид (ну помимо общего “нагара” конечно): грубеют пальцы, стягивается кожа, трескаются губы и прочее. Еще в начале похода я сильно саданул руку о камень, поверхность которых здесь зачастую представляет собой крупную наждачку. Во всю ладонь у меня объявился шрам. Помнится, я отметил тогда, что вот она, не заставила себя ждать – новая линия жизни.

Это путешествие стало для меня судьбоносным без преувеличения. Я разом обрел так много всего, вырвавшись в него, словно это было необходимым ключом к новым вратам: интересный и небывалый опыт, необыкновенные друзья, собственное пробуждение, ставшее сродни выходу из комы. В этот период со мной случилось заметное преображение восприятия. Произошла невероятная трансформация мироощущения: стоило мне только вырваться в мечту, захлопнув дверь за прошлым, как открытия посыпались сами собой. Все происходящее вокруг будто ясно давало мне понять: расслабься, не беспокойся ни о чем и будь счастлив, это просто – здесь и сейчас, всегда и впредь. Чуть ли не сама Вселенная обратила на меня внимание, услышав давние и долгие мечтанья через открытую теперь форточку истосковавшейся по приключениям души, и решила-таки одарить судьбоносными подарками. Я проездил почти все лето + месяц осени по красивейшим местам самого большого континента Земли и встретил еще много удивительных людей, обогативших меня. Жизнь заметно изменила русло, теперь все течет в ином, необъяснимом и неизвестном направлении, но в груди оттого чётче и звонче бьется сердце, общая картина существования стала намного спокойнее и гармоничнее...

Если в начале путешествия я входил в Ергаки опустошенным и в полной прострации, что же теперь делать и как дальше жить, то возвращался обратно весело, легко и непринужденно (тут, конечно, помогли съеденные запасы), преисполненный абсолютной ясности. Всего-то нужно делать то, что нравится, ибо лишь тогда ты жив по-настоящему, без притворства в первую очередь пред собой. Вот, например, мне нравится сейчас путешествовать, готовить фотографии и пищу, то почему бы и не продолжить – это делает меня удовлетворенным, светлым, счастливым.

Напряжение ушло, как таяли день ото дня тревоги об иссякающей расписанной и размеренной прошлой жизни. При этом, чем больше неизвестности накрывало, тем лишь возрастали почему-то спокойствие и безмятежность. Удивительным образом так получается, что когда отпускаешь суетливый ход мыслей от себя под общим названием “как дальше быть” – приходит настоящее. Как там в мультфильме было: “Тебя слишком занимает то, что было, и то, что будет. Мудрецы говорят: прошедшее забыто, грядущее сокрыто, настоящее – даровано. Поэтому его и зовут “настоящим”.

Из этого путешествия я вдруг привез с собой еще два новых. Вадим, буквально где-то на 4-ый день нашего знакомства, сказал, что дарит мне фото-тур на Алтай. И это, на секунду, ни больше, ни меньше, как еще одна давно отложенная мечта! А Анатолий, уже в самом конце похода, предложил восхождение на Казбек. И вот об этом я уже даже не мечтал! В общем, у меня слов не хватит, чтобы живописать, как я… я… пребывал в долгом изумлении. До сих пор диву даюсь, как такое вообще возможно, но это произошло, причем ни с кем-либо, а со мной. Услышь я о таком со стороны – не поверил бы. И это я еще на тот момент не знал, что весть об еще одном путешествии меня уже поджидает дома.

По прилету в Петербург сразу в аэропорту меня огорошивает звонок от Коли с Олей  koli_oli, с которыми мы здесь же когда-то впервые познакомились. В трубке звучит: “Короче, Саня, погнали с нами в Хибины!” И в этот же вечер у меня оказался подаренным билет на поезд до станции Имандра Мурманской области. Против такого как устоять?! Тем более, чего мне терять... ведь я безработный! Итого, на жизнь в цивилизации у меня оказалась всего неделя, а после – снова с рюкзаком за дверь. Впрочем, это уже следующая история…